Потери России в войне против Украины превысили 1,26 млн человек, по данным Генштаба ВСУ. Почему Москва скрывает реальные цифры, как международные разведки оценивают масштабы утрат, как этот кризис влияет на боеспособность и политическую устойчивость РФ.
К утру 24 февраля 2026 года Генштаб ВСУ сообщил, что суммарные потери России с начала полномасштабного вторжения в Украину достигли 1 261 420 военных. Эти данные включают убитых, раненых и выведенных из строя военнослужащих и стали одними из самых масштабных потерь для армии крупного государства в современной истории.
На фоне затяжной войны и отсутствия официальной российской статистики подобные оценки приобретают ключевое значение для понимания реального состояния российской военной машины и перспектив дальнейших боевых действий.
Официальная тишина Москвы и разрыв в оценках
Россия с осени 2022 года фактически прекратила публично раскрывать данные о потерях. В последний раз Москва называла цифру в 5937 погибших, что резко контрастирует как с украинскими оценками, так и с данными независимых расследователей.
Подобная информационная закрытость стала частью стратегии Кремля, направленной на сдерживание общественного недовольства и сохранение иллюзии управляемости войны.
Независимые расследования: подтвержденные имена погибших
Российские журналисты и волонтерские сообщества, работающие с открытыми источниками, к 20 февраля 2026 года сумели официально установить имена 186 102 российских военнослужащих, погибших с начала вторжения. Методология основана на анализе некрологов, публикаций в социальных сетях, сообщений региональных администраций и объявлений о пропавших без вести.
Эксперты подчеркивают, что подобные списки отражают лишь подтвержденную часть потерь и не могут охватить весь масштаб, особенно с учетом закрытости военной информации в РФ.
Оценки международных организаций и разведок
Международные структуры и разведывательные ведомства называют еще более высокие цифры. В декабре 2025 года представитель НАТО на условиях анонимности сообщил BBC, что совокупные потери России — убитые и раненые — достигают 1,2 млн человек.
По его словам, в ноябре 2025 года среднесуточные потери российской армии составляли около 1100 человек, что указывает на крайне высокую интенсивность боевых действий и истощение человеческих ресурсов.
Январь 2026: потери превысили мобилизационные возможности
Особенно показательной стала ситуация в январе 2026 года. По данным Сил обороны Украины, Россия потеряла более 31,7 тыс. военнослужащих за одит месяц, сумев рекрутировать лишь около 22 тыс. Таким образом, темпы потерь превысили возможности восполнения личного состава в полтора раза.
Этот дисбаланс стал тревожным сигналом для Кремля, поскольку впервые за долгое время война начала «съедать» больше людей, чем система мобилизации и вербовки способна предоставить.
Эффективность украинской стратегии
Ключевой показатель дисбаланса озвучил командующий Сил беспилотных систем Украины Роберт Бровди, известный под позывным «Мадьяр». По его словам, январские цифры наглядно демонстрируют эффективность украинской стратегии, основанной на массовом применении БПЛА, высокоточной артиллерии и систем разведки. Современные средства поражения позволяют наносить противнику непропорционально высокие потери при сравнительно меньших затратах ресурсов.
Стратегическая цель Украины и ее реалистичность
Министр обороны Украины ранее заявлял, что одной из стратегических задач является нанесение России 50 000 потерь в месяц, личного состава. Такой уровень утрат делает войну экономически, социально и политически непосильной даже для государства с большим населением.
Январские показатели 2026 года показали, что Украина постепенно приближается к этому ориентиру, создавая для РФ системный кризис управления, снабжения и мотивации личного состава.
Что означают эти потери для наступательного потенциала РФ
Эксперты отмечают, что массовые потери напрямую отражаются на боеспособности российских подразделений. Недостаточно обученные новобранцы, ускоренная подготовка и падение морального духа снижают эффективность наступательных операций РФ.
Кроме того, растет нагрузка на военную экономику России, увеличиваются социальные выплаты и усиливается скрытое напряжение в регионах, откуда идет основной мобилизационный ресурс.
Системный кризис как фактор будущих решений
Совокупность данных — от Генштаба ВСУ до оценок НАТО и независимых расследователей — указывает на то, что Россия подошла к рубежу, где человеческие потери становятся ключевым ограничителем продолжения войны. Превышение потерь над мобилизацией свидетельствует о структурном кризисе российской военной машины. В перспективе именно этот фактор может сыграть решающую роль, определив способность Кремля продолжать войну против Украины.
