Аналитики предупреждают о возможной новой военной агрессии Кремля против стран Европы. В отчете Scowcroft Center названы пять сценариев агрессии — от Шпицбергена и Аландских островов до Нарвы и Сувалкского коридора. Риски для НАТО, стратегия Путина и перспективы европейской обороны.
Февральский отчет аналитического центра при Atlantic Council — Scowcroft Center for Strategy and Security — под названием «Следующий шаг Путина?» стал одним из самых обсуждаемых стратегических документов начала 2026 года. Эксперты предупреждают: вне зависимости от исхода войны в Украине, Кремль может перейти к новым фазам давления на Европу.
Ключевой вывод доклада — российская военная стратегия направлена не только на Украину, но и на проверку устойчивости НАТО, в частности статьи 5 о коллективной обороне. Аналитики считают, что В. Путин может создать «ограниченный» конфликт в регионе, где рассчитывает на замедленную или политически сложную реакцию Альянса.
В центре внимания — пять конкретных сценариев нападения, которые варьируются от локальных операций до масштабной эскалации с вовлечением основных сил НАТО.
Сценарий №1: оккупация Шпицбергена — тест реакции НАТО
Первым и наименее рискованным вариантом эксперты называют захват норвежского архипелага Шпицберген (Свалбард), принадлежащего Норвегии. Уникальный международный статус архипелага, закрепленный договором 1920 года, теоретически может быть использован Москвой как формальный повод для «защиты экономических интересов».
Почему именно Шпицберген? Во-первых, регион находится в Арктике, где Россия уже активно наращивает военное присутствие. Во-вторых, Кремль может рассчитывать на осторожность Осло и сложные консультации внутри НАТО перед задействованием статьи 5. Такой шаг стал бы проверкой: готов ли Альянс немедленно вступать в конфликт из-за удаленной арктической территории.
Сценарий №2: Аландские острова и контроль над Балтикой
Вторым вероятным направлением названы Аландские острова — автономная и демилитаризованная территория, принадлежащая Финляндия.
Контроль над этим архипелагом позволил бы России влиять на морские коммуникации в Балтийском море. В условиях расширения НАТО после вступления Финляндии и Швеции, Балтика фактически стала «внутренним морем» Альянса. Захват Аландов мог бы изменить стратегический баланс.
Аналитики подчеркивают: военная агрессия против Финляндии стала бы серьезным вызовом, но Москва может попытаться представить операцию как «временную стабилизацию» демилитаризованной зоны.
Сценарий №3: восточная Эстония и Нарва — ставка на русскоязычный фактор
Третий сценарий касается восточной части Эстонии, прежде всего города Нарва, где значительную часть населения составляют русскоговорящие жители.
С точки зрения Кремля, подобная операция может быть оправдана риторикой «защиты соотечественников». Это повторяет модель, использованную в Крыму и на Донбассе.
Однако отличие в том, что Эстония — полноценный член НАТО. Любая попытка захвата приграничных городов автоматически ставит вопрос о задействовании коллективной обороны.
Эксперты считают этот сценарий более рискованным, но политически привлекательным для Москвы из-за возможности гибридной эскалации.
Сценарий №4: Готланд — ключ к Балтийскому региону
Шведский остров Готланд, принадлежащий Швеции, имеет стратегическое значение для всей Балтики. Размещение на нем систем ПВО и противокорабельных комплексов позволило бы России фактически контролировать воздушное и морское пространство региона.
После вступления Швеции в НАТО значение Готланда только возросло. Захват острова стал бы прямым вызовом Альянсу, но одновременно дал бы Москве мощный инструмент давления на страны Балтии.
Сценарий №5: Сувалкский коридор и путь в Калининград
Наиболее опасным сценарием эксперты называют попытку пробить сухопутный коридор в Калининградскую область через территорию Литвы или Польши.
Так называемый Сувалкский коридор считается одной из самых уязвимых точек восточного фланга НАТО. Любая операция здесь неизбежно приведет к масштабному военному столкновению.
Это уже не гибридная операция, а прямая война между Россией и Альянсом.
Почему эксперты считают угрозу реальной
Несмотря на потери в Украине, Россия сохраняет способность к восстановлению армии. По оценкам аналитиков, военные расходы превышают 6% ВВП. Экономика переводится на военные рельсы.
Дополнительный фактор — сотрудничество с Китаем, Ираном и Северной Кореей. Поставки вооружений и компонентов позволяют обходить санкции и поддерживать наступательный потенциал.
Отдельно выделяется крупнейший в мире ядерный арсенал России, который Кремль использует как инструмент политического давления.
Проверка статьи 5 НАТО: расчет Кремля
Центральная гипотеза отчета — Москва может рассчитывать не на победу, а на раскол внутри Альянса. Если реакция будет замедленной или противоречивой, это станет стратегической победой.
В условиях изменения политической динамики в США европейские страны получают сигнал: рассчитывать исключительно на Вашингтон рискованно.
Европа на пороге стратегического выбора
Отчет Atlantic Council — не пророчество, а предупреждение. Его ключевая мысль проста: сдерживание работает только при наличии реальной силы.
Угроза военного конфликта в Европе больше не выглядит гипотетической. Потенциальная эскалация в Балтийском регионе, Арктике или вокруг Сувалкского коридора способна изменить архитектуру безопасности континента.
Если Европа не ускорит перевооружение, не усилит восточный фланг и не продемонстрирует единство, риск того, что Кремль решится проверить НАТО на прочность, будет расти.
Сегодня вопрос стоит не в том, возможна ли агрессия, а в том, насколько готова Европа к ее предотвращению.
